В далекие-далекие времена, когда мавки ночами бродили вокруг человеческих домов, а русалки щекотали добрых парней, забирая с собою в речной водоворот… когда сам Водяной не боялся показываться на глаза человеческие, выныривая из темных глубин на поверхность, а деревья умели разговаривать, переходить с места на место и предсказывать людям их будущее, жила на свете вещая птица Сирин.
Нелегкой была ее судьба, а потому и предвещала она все недоброе.
Когда-то она была молодой, красивой девушкой. Как-то встретила она Бога Огня Семаргла и влюбилась без памяти. Сыграли молодожены свадьбу втайне от всех. Огонь стал им за отца, а Земля за мать. Но не суждено было вместе им быть, поскольку по тогдашним законам люди и боги не могли объединяться. Узнав об их браке, Бог Правосудия жестоко наказал молодоженов. Семаргла отправил в Царство Мертвых, в речные глубины загробного мира, а юную Сирин превратил в птицу, оставив ей человеческое лицо и голос. С тех пор она обижена на весь мир, а ее голос извещает лишь о лихих событиях.
Поселилась Сирин в жуткой пещере на краю света, где никто не мог ее найти. И только накануне какой-то беды вылетала она из своей обители, чтобы громко известить людей об опасности.
Иногда к ней в гости прилетала ее подруга птица Сва, которая была полной противоположностью Сирин. Сва приносила людям хорошие вести и жила в райском уголке мира, у океана.
И вот однажды она прилетела к Сирин с прекрасным известием — Бог Огня Семаргл был освобожден из Царства Мертвых. Обрадовалась этой вести птица Сирин и вылетела на свет божий навстречу своему любимому. Но когда подлетела она к тем краям, где обитал ее милый, увидела свадебный праздник, в котором сам Семаргл брал в жены другую – Богиню Ночи Купальницу.
Зашлась тогда отчаянным криком птица Сирин, затмила небо черной тучею и закружилась в неистовом вихре из песка и пепла. Этот трагический пронзительный крик слышала вся планета, а черный песок еще долго кружился в воздухе после того дня.
С тех пор Сирин дала клятву отомстить Семарглу за его измену. Запершись в пещере, она стала ждать того дня, когда сможет разрушить его жизнь.
Единственным другом, который жил вместе с вещей птицей, был волшебный котел, который, если бросить в него чар-зелье папоротника, показывал, что творится в мире. Почти вечность сидела Сирин у котла, наблюдая за семейным счастьем своего любимого и заламывая крылья от горя.
Тем временем у Бога Семаргла и Ночи-Купальницы родились двое замечательных близнецов — мальчик и девочка. Поговаривали, что Купальница выносила их в звездном лоне Луны и явила миру на небосводе, там, где Солнце восходит. Мальчика назвали Купалой, а девочку – Костромой.
Купала был мечтательным, вдумчивым, мягким по характеру и обожал воду. Лучшим для него занятием было сидеть у реки на зеленой траве. Кострома же родилась строптивой и гордой и очень любила Огонь. В то время, когда Купала сидел на берегу реки, она подставляла свое маленькое личико Солнышку, умываясь его лучами. А вечером, когда прилетал домой папа Семаргл, она просила его зажигать ночные огоньки, которые плавали в воздухе, освещая все вокруг.
Купала и Кострома росли очень быстро, потому что они были детьми богов. Но вместе с тем они имели человеческий облик и не обладали теми волшебными способностями, что их родители. И вот однажды, сидя на берегу реки, они услышали отчаянное протяжное пение. Голос был необычайно красивым, но очень трагичным. Казалось, он предвещает что-то дурное.
– Кто это поет? — поднялась Кострома и посмотрела на небо.
– Я не знаю, – завороженно сказал Купала.
Вдруг над ними промелькнула черная туча, которая издала надрывной, отчаянный крик. Кострома закрыла уши руками, а Купала продолжал сидеть неподвижно.
– Купала… – вдруг позвал голос. – Купала… иди ко мне…
Купала завороженно приподнялся и пошел в направлении голоса.
– Куда ты собрался? – спросила его Кострома, отнимая руки от ушей.
– Купала… иди ко мне… – теперь уже и она услышала протяжный оклик.
Девочка испугалась и бросилась к брату.
– Купала, ты ведь не думаешь идти туда? Этот страшный голос не предвещает ничего хорошего.
— Но он так прекрасен. Я ему нужен. Разве ты не слышишь?
Кострома посмотрела на брата и увидела, что его глаза затуманились, а на губах появилась блаженная улыбка. Догадавшись, что крик этой птицы околдовал его, она принялась отчаянно трясти его за плечи.
– Купала, опомнись. Она тебя околдовала. Я не знаю, зачем ей это, но ты должен вернуться ко мне.
Мальчик смотрел куда-то сквозь нее и, словно загипнотизированный, шел в направлении пения. Голос, кликавший его, был таким жалобным, что он знал – должен быть возле него и как-то утешить.
– Купала, посмотри на меня, остановись! Не ходи! Этот голос ядовитый! – кричала Кострома. – Он проклят! Услышь меня, Купала!
От этих слов поднялся сильный ветер и снова принес черную тучу. Этой тучей была сама птица Сирин. Кострома и Купала оказались в песчаном вихре, который она закручивала своими крыльями. Зловещая птица пела, кричала и одновременно смеялась над ними, выкрикивая слова проклятия. В этом проклятии Кострома и Купала должны были навсегда забыть облик друг друга и при встрече ни за что не вспомнить.
Когда Сирин закончила вещать, все исчезло. На берегу реки осталась только Кострома, которая еще долго не могла открыть глаза, полные черного песка. Когда ей это удалось, она увидела, что братика рядом нет и горько заплакала.
Три дня и три ночи искали боги вместе с людьми маленького Купалу. Семаргл и Купальница привлекли все небесные силы, но это было бесполезно. На четвертый день прилетела к ним птица Сва и, несмотря на то, что она приносила только хорошие вести, пропела родителям недобрую новость – Купалу забрала Сирин. Теперь он живет в Царстве Мертвых на дне самой глубокой реки, и никто его не сможет оттуда достать, пока она не снимет свое страшное заклятие.
Услышав об этом, Семаргл очень рассердился. В своей ярости он вспыхнул огромным костром, достигшим самого неба, и превратившись в огненную сферу, полетел к прорицательнице в пещеру.
Не ждала она такого гостя. Увидев его, издала длинный трагический вопль и залилась огромными слезами. В то время весь мир утопал в ее горе и чуть не превратился в сплошной холодный океан. Залила она слезами и самого Семаргла, после чего его огонь навсегда погас, и Кострома осталась с матерью только вдвоем.
Прошло время. Кострома превратилась в златовласую красавицу. По всему миру не было ей равных. К ней сватались много женихов, но никто не был милым ее сердцу. Чувствовала она, что где-то живет родной ей по духу человек, знающий ее как самого себя. Вот только его она и хотела встретить. Только ему хотела отдать свою любовь и сердце.
И вот настал день Летнего Солнцестояния. На трон взошел Бог Солнца Ярило, готовившийся передать свое правление Даждьбогу. Молодые пары обручались, жгли костры, призывали Водяного, задабривали русалок, мавок и других потусторонних существ, чтобы те были благосклонны к ним. А в самом разгаре ночи парни готовились к походу в темный лес искать заветное чар-зелье — цветок папоротника.
Никому еще не удавалось его отыскать. Одни парни, в надежде принести цветок любимой, шли в лес и пропадали без вести. Другие возвращались очумевшие от чар лесных мавок. Еще одних наутро находили защекотанными в воде рядом с ивами, на ветвях которых качались русалки, лоскотухи и другая нечисть.
Поговаривали, что цветок папоротника охраняет сам Дух Леса, и только самый сообразительный парень мог его сорвать. Но пока не суждено было это сделать никому.
В этом году Кострома предчувствовала нечто необычное. Ее девичье сердце трепетало и подсказывало, что нужно сплести особый венок со звездами и маленькими огоньками, которые еще в детстве научил ее зажигать отец Семаргл.
Так она и сделала. А сделав, пожелала встретить именно того, кто уже жил в ее сердце, но еще не был рядом с ней.
Когда она стала пускать венок на воду, вдруг подул сильный ветер и чуть не выхватил его из рук. Над Костромой появилась черная туча, подобная той, которую она видела в детстве с братом у реки. И этот протяжный трагический голос… Кострома вздрогнула, подняла голову вверх, но над ней уже ничего не было, только чистое небо и отблески летнего солнца, умывающего ее личико своими лучами. Увидев, что Кострома испугалась, девчата, что находились рядом на берегу реки, начали смеяться над ней. На что она разозлилась и ответила:
– Смейтесь-смейтесь. Вот вы с такими венками выйдете замуж за простых смертных и бестолковых, а я найду себе в женихи самого Бога!
Вдруг резкий холодный ветер принес с собой песчаный пепел. Девчат закружило в черном вихре, и только одна Кострома стояла неподвижно. Когда все стихло, девчата, протирая глаза от песка, решили, что это Кострома навлекла на них черную беду.
– Ведьма! Ведьма! Ведьма! — завизжали они в один голос и, оставив свои венки, бросились подальше от этого места.
Но Костроме это было безразлично, она прислушивалась к своему сердцу. Туча была страшной, а голос диким и зловещим, но вместе с тем что-то подсказывало ей, что сегодня должно произойти то, что изменит ее жизнь навсегда. Она пустила венок на воду и начала приговаривать волшебные слова, которым научила ее мать:
— Суженый-ряженый, явись-покажись, ко мне приплынь, к сердцу прилинь. Суженый-ряженый, явись-покажись, ко мне приплынь, к сердцу прилинь…
Она повторяла и повторяла эти слова, пока….
Пока из глубин темной реки действительно не появился красивый парень с рыжими кудрями и голубыми глазами. Их взгляды встретились. На мгновение обоим показалось, что они уже давно друг друга знают. Парень подплыл к берегу поближе, а Кострома, не отрывая от него взгляда, тихо прошептала:
— Как я долго тебя ждала…
Парень вылез из воды и протянул к Костроме свои руки. Она положила свои ладони в его, и они оба долго молча стояли, глядя друг на друга.
– Почему ты плачешь? — наконец спросил парень, вытирая слезы на щеках Костромы.
– Потому что мне кажется, я знаю тебя как саму себя, а ты знаешь меня, как самого себя.
– И мне… А как тебя зовут?
– Кострома.
– А меня – Купалой.
И став на одно колено, Купала достал из-под рубашки цветок папоротника.
– Где ты его взял? – удивилась девушка.
– В лесу. Я сорвал его прошлой ночью, зная, что сегодня встречу ту, кому стоит его подарить. Держи, он для тебя.
И протянув цветок, добавил:
– Будь моей женой. Пусть это произойдет сегодня. Нас соединит священными узами отец мой Водяной. Он уже дал мне свое благословение. А ты…
– А мне оно не нужно. Моя мать хотела бы отдать меня за богатого, за земного. А я не желаю. Я хочу быть с тобой.
В ту же ночь поженились Кострома и Купала, не зная, какой страшный грех они совершили. Долго горел свадебный костер на берегу реки. Водяной пригласил всех речных и лесных существ, которые, взявшись за руки, закружились в хороводах. Деревья приплясывали под свадебное пение, парни пускали огненные колеса с холмов, девушки вязали цветные ленты на Марену, а молодожены плавали в лодке, полной цветов, в водовороте речного хоровода.
И вот, когда уже самая короткая ночь года подошла к своему завершению, к лодке с молодыми прилетела их мать – Купальница-Ночь. Целуя и обнимая своего родного сына, которого не видела долгие годы, она залилась горькими слезами. Недобрая весть сорвалась с ее уст: Кострома и Купала – кровные брат и сестра.
Оба от такого известия оторопели. Но не успели они и слова сказать, как снова черной тучей нависла над ними птица Сирин. Она громко смеялась над их стыдом, радуясь, что наконец-то отомстила за свое несчастье. Но ей и этого было мало. Сквозь свой ненавистный смех вдруг прокляла она всех людей и богов мира.
— Отныне вас всех ждет вечное страдание от того, что вы будете выбирать не своих любимых. Вы будете жить с теми, кто не мил вашему сердцу, потому что тот, кто мил и люб, будет от вас на большом расстоянии. А если и удастся вам встретиться и распознать своего пламенного близнеца, то это произойдет лишь на мгновение. Вы будете чувствовать это, но сделать ничего не сможете. А если и удастся вам объединиться, будете вместе долго страдать, прежде чем познаете счастье! Да будет так! Да будет так, пока не придет Золотой Век Женщины и не разобьет это проклятье! И пусть случится это через тысячи и тысячи лет!
Таким было последнее слово птицы Сирин, которая, уже не имея смысла жить дальше, бросилась грудью на самую острую ветку дерева, в последний раз спела свою трагическую песню и рассыпалась на миллионы черных песчаных крупинок.
На головы Купалы и Костромы посыпался пепел. Водяной со своей нечистью незаметно исчез в темных водах реки, а молодежь от того, что стала свидетелями такого стыда, разбежалась по домам.
– Я тоже больше не хочу жить… – прошептала Кострома, понимая, что после всего они должны расстаться с Купалой навеки.
Она хотела бы сгореть в пламени, потому что слишком любила огонь. Но чтобы хоть как-то быть ближе к Купале, выбрала его стихию и бросилась в реку. В тот же миг Царство Мертвых приняло ее в свои объятия, и она исчезла в его темных глубинах.
Купала хотел броситься за ней, но проклятие птицы Сирин не дало ему это сделать, потому что навеки должны были быть разделены пламенные близнецы. Парень побежал к свадебному костру, через который прыгала молодежь в ту ночь, и бросился в него, оставив после себя только цветок папоротника.
А Мать Купальница-Ночь, не выдержав такого горя, в тот же миг рассыпалась по небу тысячами маленьких звезд, сформировав Млечный Путь, который впоследствии стал указывать дорогу путешествующим.
На этом наша печальная история могла бы закончиться… Но нет.
Когда все вокруг стихло, нечисть залегла на самое дно водоема, а купальский костер почти истлел, случилось маленькое чудо. Пепел в костре вдруг начал шевелиться, будто кто-то невидимый раздувал его, не давая окончательно угаснуть. От этого в воздух взмыло несколько сияющих искр. Поднявшись высоко, они подлетели к реке и опустились на поверхность воды. Но не превратились в пепел, как должно было быть, а вспыхнули еще ярче. В каждую огненную искорку медленно проникала речная вода, заполняя их собой. И вот уже над рекой появилось несколько огненно-водных капель, которые оторвавшись от воды, начали танцевать свой танец в воздухе. И если бы в это время кто-то за ними наблюдал, то увидел бы в этих капельках счастливые лица Купалы и Костромы.
— Не печальтесь, детки мои, проклятие завершится, когда придет Золотая Эра Женщины. И тогда мы снова объединимся и будем жить вместе в одной счастливой семье, — прошептали с неба звезды голосом Купальницы-Ночи.
– Я с вами, мои родные, и когда-нибудь вернусь к вам в том подобии, в котором вы меня помните, – послышался голос Бога Семаргла, который оказался той самой невидимой Силой, что раздула угасающий огонь.
В ответ на это золотые капли подплыли в воздухе друг к другу и, объединившись в одну большую водяную сферу, выдали мощное пламя красного огня. Поднявшись в небо, сфера воссоединилась с Солнцем, которое в этот миг как раз поднималось из-за реки и, взорвавшись яркой вспышкой, озарило всю землю новым светом!
Этот невероятный союз Воды и Огня получил название Огниво — загадочного пятого элемента. А ночь на Летнее Солнцестояние запомнилась этой историей людям навсегда и стала называться Купальской.
Автор: © Omeliya на платформе ЭVA
!Внимание! Этот контент и все публикации на сайте www.ishchenko.pro являются авторскими и защищены авторским правом! Копирование частичное или полное ЗАПРЕЩЕНО без указания активной ссылки на источник!